Ну вот и привела тебя тропа к опушке. Видишь эту избу с приветливо горящей свечой на подоконнике? Скорее внутрь! Тебя ждет уют, кушанья и невероятные приключения, главным героем которых станешь ты и только ты! Что ждет тебя впереди, каким будет путь, а, может, ты решишь изменить прошлое? Все здесь, и все возможно. Путешествуй с Доктором в его Тардис, сражайся с Доктором Думом или защищай Нью-Йорк вместе с Мстителями, ведь здесь, в дремучем лесу в стране кошмаров Коралины, все возможно. И даже чуточку больше.



Crossover: the place beyond the pines

Объявление

Дорогие и уважаемые игроки и гости. Произошел вынужденный перезапуск Сосен. Теперь у нас новое название, новая жизнь и найти вы нас можете здесь. Спасибо, что были с Соснами. Перезапуск обещает быть даже лучше!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Crossover: the place beyond the pines » Здесь и сейчас » [15.01.16] мы просто бежим


[15.01.16] мы просто бежим

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

— Куда вы теперь направитесь?
— Мы никуда не направляемся, мы просто бежим.

http://funkyimg.com/i/26gej.png
http://s7.uploads.ru/KpEIt.gif http://s6.uploads.ru/IiMfS.gif
http://s3.uploads.ru/uZwav.gif http://s6.uploads.ru/vyjuT.gif
http://s3.uploads.ru/yxXWI.gif http://s7.uploads.ru/4zM37.gif
http://funkyimg.com/i/26gej.png

участники:

время и место:

Клайд, Бонни и периодически Мосс

США, штат Луизиана

описание:
Будучи полностью окружёнными, банде Барроу пришлось бежать так быстро, что по пути они успели лишиться Бака и его жены Бланш.
Оценив ситуацию и ранения, Мосс не нашёл ничего лучше, как привести оставшихся членов банды в уединённые фермерские угодья к своему отцу, который, к слову, не слишком обрадовался таким гостям.

Отредактировано Clyde Barrow (Вс, 17 Янв 2016 16:00:59)

+3

2

Полезно приучать к сильным переживаниям того,
кого предназначаешь для жизни, полной приключений

Поглаживая большим пальцем руки бок кружки, в которой медленно, но верно остывал чай, Клайд провалился в свои размышления. Он провалился в них уже давно, но так глубоко лишь минут пять назад, когда последний раз взглянул на часы, которые отбили полпервого ночи.
Перед помутнённым взглядом представали разные картины. Страшные. Кровавые. Пугающие. Последние минуты, до того, как их окружили, были такими короткими, но такими...легкими? Наверное это всё же странное слово для описания той ситуации, в которой они находились. Уже незрячая Бланш наконец перестала разводить свои истерики и лишь изредка всхлипывала где-то на груди своего мужа, а Бак...А Бак постоянно вертел головой, будто ему приснился страшный сон. Его лихорадило. Пот стекал с его лица и по тому весь ворот, кровь на котором уже давно высохла, была постоянно влажной, что периодически пыталась исправить Бланш. С его ранениями долго не живут, особенно без оказания срочной медицинской помощи, но они не могли себе позволить в неё обратиться. Они хотели по утру подкинуть его в местный госпиталь, вместе с женой, ведь его жизнь была важнее, а остальная бы часть банды как-нибудь успела скрыться с места происшествия, а в последствии бы забрала Бака обратно, но дальнейшие события совсем не поспособствовали данному плану.
Барроу чуть встерепенулся, поставив чашку на тумбу, что стояла рядом с кроватью. Он прекрасно помнил, как он сидел, оперевшись на колесо машины, смотрел на мирно спящего Мосса [чёрт, этот паренёк постоянно такой спокойный, что его можно было бы сравнить, разве что с домашним котом, который жизни то не видел за пределами своей уютной постельки], на медленно умирающего Бака и его всхлипывающую жену, при этом держа руку на прижавшейся к нему Бонни и просто старался заснуть. Первый раз в своей жизни он позволил себе немного отдохнуть. Была ли виной тому то, что они уже несколько дней без остановок ехали от преследователей и это первый раз, когда он мог хоть немного поспать? Может быть, но теперь Барроу никогда не простит себе проявление такой слабости. Если бы он не решил немного поспать! Если бы он не поддался соблазну и не закрыл глаза на некоторое время, всё могло бы случиться иначе! Он бы заметил. Он всегда замечает. Называйте это шестым чувством или как ещё - не важно. Просто Клайд всегда знает, когда он в опасности. Этот тревожный колокольчик в голове всегда вовремя начинает наигрывать свою мелодию, с самого детства. Но в этот раз он то ли намеренно [так велико было его желание прикорнуть], то ли случайно, настолько приглушил его звон внутренним я, что даже не заметил, как их маленький лагерь успели окружить. Они были загнаны в угол. Он и его банда, к которой он относился, как к семье. Да чёрт возьми это и была его семья!
Позволив себе упасть головой на кровать Паркер, оставаясь сидеть при этом на своём кресле, что было приставлено достаточно близко, для подобного действия, Барроу закрыл глаза. Так крепко, как только смог. Ведь даже сейчас. Когда они находились в такой глуши, вроде бы в безопасности, что-то внутри него легко позванивало, предупреждая об опасности. Он ясно это слышал и хотел бы сорваться с места и ехать дальше, пока полиция не потеряла бы их следы. Они бы пересекли черту штата и погоня бы прекратилась. Ненадолго, но достаточно, что бы они успели залечь на дно. Благо их внешности никто не знал, а с остальным разобраться было бы можно. Но только вот теперь он не мог реагировать на этот звоночек не по причине свой усталости и измождённости, хотя всё это тоже имело место быть. Он не мог этого сделать из-за Бонни. Её никак нельзя было сейчас тревожить, она боролась за свою жизнь и Клай боялся, что малейшее движение может перевесить равновесие сил и она просто не справится, а терять ещё и её... О с о б е н н о  её, он никак не мог.

Крепко сжав в кулаках плед, что лежал поверх одеяла, прикрывающего измождённую болезнью Бонни Паркер, Клайд был готов кричать во всё горло. На сколько только хватит сил и дыхания. Кричать так, что бы его услышали все. Услышал весь мир. Услышала сама судьба и помогла им. Помогла банде Барроу и самой Бонни Паркер в частности. Девушка уже несколько дней лежит в кровати не имея сил даже присесть. Её бросало то в жар, то в холод. Клай то и дело пытался успокоить её дрожь и заменить влажный компресс на её лбу. Это было просто невыносимо. Мужчина даже не помнил сколько времени он не покидал её комнату, которую так любезно предоставил им отец Мосса. И как же рад был Барроу тому факту, что этот мужчина ещё и медицинский работник! В возрасте уже, конечно, и, видно, давно не практикующий, но это было уже хоть что-то. Сам Клай мало понимал, что твориться с девушкой. Он видел лишь раны на её плече, которые только сейчас стали становиться чуть лучше на вид, а не так, как это было совсем недавно. Было не только страшно, было больно смотреть на то, что может сделать с человеком открытая рана и пересечённая местность.
Наконец ослабив хватку и открыв глаза, Клайд посмотрел на Паркер. Она была такой прекрасной, такой молодой, что слёзы на глаза наворачивались от осознания, что он может потерять это маленькое существо. Настолько беззащитной он не видел Бонни ещё никогда. Она лежала перед ним бледной, словно уже отходила на тот мир. Её грудь медленно поднималась и опускалась от тяжёлого дыхания, а периодический кашель говорил о том, что даже дышать ей удавалось с трудом. По тонким рукам иногда пробегала волна дрожи, которую в тот же момент пытался заглушить Клайд, зажимая её ладони между своими. Он уже практически потерял себя. Он мало ел, мало пил, практически не спал, выходил лишь в соседнюю ванную по необходимости, а всё остальное время пребывал в этой комнате, боясь покинуть её и на секунду. Некогда статный и обаятельный мужчина сейчас уже выглядел не лучше болеющей девушки рядом с ним. Он заметно похудел, под его глазами были неестественно тёмные круги, а пахло от него, как от носков двухнедельной давности. Он не хотел оставлять Бон и на секунду, не говоря уже о том, что бы найти время для принятия душа. Солнце он видел уже только через окно, которое каждое утро открывал Мосс, дабы проветрить комнату, пока опустошённый Клайд лежал головой на кровати больной и безучастно пялился в стену.
Где его недавний пыл? Где его азарт? Где желание постоянно что-то делать? На этот вопрос ответ не знал даже сам горе_грабитель. В одно мгновение ока он потерял двух членов своей банды и третий сейчас висит на волоске. Вина тяжким грузом упала на его плечи, заставляя постоянно прокручивать у себя в голове картины недавних дней и возможные варианты исхода. Почему он не заметил, что их окружают? Почему не спас своего брата и его жену от рук и пуль закона? Почему позволил Бонни упасть в тот злосчастный ручей, который, скорее всего, и принёс сейчас эти осложнения. Одни и те же вопросы замкнутым кругом крутились в его голове, лишь иногда этот круг разрывали либо очень настойчиво пытавшийся что-то спросить Мосс, либо приходившая в сознание Паркер. В последнем же случае в Барроу будто кто-то вселялся, он моментально подскакивал, стараясь сделать всё возможное, лишь бы удовлетворить потребности возлюбленной и облегчить её страдания. Да если бы он мог продать душу, он бы запросто это сделал, не раздумывая и секунды, ведь это Бон. Та неукротимая и совершенно невозможная девушка, ради которой Клайд был готов горы свернуть, не взирая на её пылкий нрав и частое недовольство тем или иным фактом. Но это была она, а значит если ей что-то не нравится, нужно это исправить. Ну, в пределах разумного, безусловно.

Утро наступило словно по щелчку пальцев. Клай даже не заметил, хотя стена, на которой он внимательно изучал узор уже который день, заметно посветлела, а внезапный порыв ветра из-за спины говорил о том, что в комнате уже даже побывал Мосс. Возможно на тумбочке сейчас не стоит та кружка с холодным чаем, а красуется какой-нибудь сытный завтрак, но и его запах, с жутким урчанием в животе, не смогли отвлечь Барроу от того, что бы продолжать поглаживать руку Паркер и разбираться в чертогах своего разума, как сейчас бы выразился любой, кто смотрит современного Шерлока. Тот сериал, который даже Клайд с Бонни начинали смотреть вместе...-Чёрт.

пысы. я исправлюсь, обещаю хд

Отредактировано Clyde Barrow (Вс, 17 Янв 2016 22:11:03)

+3

3

Бонни Паркер умирала. Нет, конечно, это было не так, но согласитесь, что звучит красиво? Как начало какого-то жутко печальной драмы, где в самом начале показывают смерть главного героя, а потом отматывают на пять лет назад, чтобы показать его вновь, такого весёлого и беззаботного, ещё и не подозревающего о том, какой бесславный и трагичный конец его ждёт. Так и мы тоже давайте на какое-то время обратим свои взоры в прошлое, дабы отвлечься от тех событий, которые могли бы... ну, или вот-вот прервут жизнь этой некогда безумно везучей девушки. Но, конечно, пять лет это слишком далеко, даже год — многовато, давайте заглянем в события совсем недавние, которые послужили, можно сказать, отправной точкой тому, что перед нами разворачивается в данную минуту.
***
Банда Барроу бежала. В панике, но отчаянно пытаясь сохранить холодную голову, а у кого-кого, у Клайда это получалось лучше всех остальных, автомобиль двигался по просёлочной дороге, погони не было слышно, но казалось, что стоило им остановиться, как тут же из-за всех кустов выскочат копы и даже шанса на спасение уже не будет. Кто бы мог подумать, что их выдаст мальчишка-посыльный, который... который что? Где они прокололись? Бонни была уверена, что ориентировок на них у полиции не было, точнее как... они не знали их лиц. Парики, маски, костюмы — над визуальной составляющей они поработали довольно серьёзно, камеры ни разу не засекли их лиц, единственная плёнка, которая могла хоть что-то дать была в итоге уничтожена. С другой стороны, конечно, был автомобиль — цвет, номера, марка, плюс ... примерное количество человек, две женщины, трое мужчин...
Ты можешь перестать выть?! — Бонни не выдерживает, когда Бланш на заднем сиденье издаёт какой-то особо протяжный всхлип, вырывая её из размышлений, но вопреки привычке она не кричит на столь неприятную ей особу, а сдержанно и почти ласково шипит, если такое определение здесь вообще уместно. — Ему нужен покой...
Взгляд обеспокоенно скользит по сваленному бесформенным кульком телу Бака, за которого так отчаянно цеплялась его жена, вся перепачканная в крови, а затем не менее взволнованно на Клайда, который в этот момент, казалось, был мистером "Сосредоточенность", что не отводил взгляда от дороги. Было очевидно, что с таким ранением шансов выжить у Бака почти не было, тем более учитывая, что отвезти его в госпиталь они не могли, но озвучивать подобные мысли вслух Бон тоже не решалась, как минимум, это вызвало бы очередную волну истерики у, кажется, немного притихшей Бланш, ну, и лишний раз расстраивать Клайда тоже не хотелось. Можно было не сомневаться, что он точно также адекватно воспринимал ситуацию и осознавал, чем для всех них грозило промедление. По сути, именно на него сейчас, как на лидера, ложилась эта ответственность — жизнь брата на одной чаше весов, жизни всех остальных на другой. Не хотелось бы Бонни оказаться на его месте, но она была на сто процентов уверена в своём Клайде, он не мог принять неверного решения, но от последствий даже ему не удалось бы скрыться. Так что девушка просто аккуратно кладёт ему руку на плечо и легонько сжимает в попытке хоть как-то подбодрить, на секунду в его ярко-голубых на фоне надвигающихся сумерек глазах мелькает ответная нежность, и вновь пустота — он полностью захвачен дорогой и, вероятно, не хочет пока возвращаться в суровую реальность. Не стоит его тревожить, но Бонни всё же поддаётся порыву, коротко целует его в плечо и откидывается обратно на сиденье, отвернув голову к окну, чтобы забыться в бесконечной череде кустарников и пролетающих мимо столбов.
***
Бонни спала и ей снился чудесный сон. Ей снился дом у озера с белыми колоннами, снился приятный бриз, что обдувал прохладой в знойный летний день, ей представлялся большой кувшин лимонада, по которому крупными каплями стекала влага и снился голос. Голос мужчины, которого она любила больше всего на свете, но который всё никак не хотел становиться её. Она никогда не считала, что не интересна ему, ну, возможно, только в самом начале, когда они только познакомились и Клайд так бесцеремонно отшил её, но не прошло и нескольких минут, как увлечённая его пламенной речью, она вновь во все глаза смотрела на него как на самого удивительного человека за всю её жизни, человека, который наконец-то разглядел в ней что-то особенное, пусть даже и откровенно проходясь в тот день по ушам тщеславной девчонки, но она совершенно без сомнений вновь села к нему в машину, чтобы он увёз её в чёртов закат на встречу новой особенной жизни, такой жизни, которую оба они заслуживали. Бонни снилось то, чего она сейчас желала больше всего на свете — спокойствие и покой, ей снилось умиротворение и счастье, о котором она мечтала глубоко в душе, но сама того не осознавала, возможно, или не была готова или... Была просто не создана для подобного — глянцевое счастье, сошедшее с голубого экрана в прайм-тайм. Она никогда не хотела быть одной из тех домохозяек в идеально выглаженном платье, что варит супы и настирывает сорочки своему мужу, офисному работнику, метящему на повышение. Нет-нет, Бонни Паркер не верила в неизбежность и фатализм, она считала, что каждый сам способен строить свою судьбу, вот и она выбирала  тот путь, который был близок её сердцу, несмотря на то, что это могло стоить ей жизни. Перед глазами резко темнеет, девушка пытается вздохнуть, но ощущает во рту лишь сухие листья, что бесцеремонно забиваются ей в глотку при каждой попытке глотнуть кислорода, так она проваливается в самый ад аккурат с новенького кипельно-белого шезлонга возле искрящего на солнце бассейна. И её поглощает пламя. И тихим хриплым вскриком она просыпается, тут же ощущая на себе холодные, будто лёд, руки и голос, который шёл за ней по пятам даже в ад. Клайд шепчет ей что-то глупое и бессвязное, убаюкивая обратно в сон.
Бонни вновь оказалась в центре того злополучного поля, на котором их во второй раз настигла полиция. Крики Бланш эхом разносились между деревьями, заглушая дежурные требования людей в форме; они отражались от древних стволов, целясь аккурат в висок, чтобы добить беглецов, если это не получится сделать у пуль. В ушах звенело, а сердце колотилось где-то в горле всё то время, пока они втроём, отчаянно преодолевая все препятствия, что подкидывал им лес, бежали от погони. Впереди Клайд, Мосс чуть поодаль, оба напоминали диких зверей, что спасаются от пожара. В голове миллиард мыслей и пустота одновременно, казалось, что вот-вот черепная коробка просто разорвётся изнутри, не выдержав такого напряжения, но одна установка лишь ясно пылала на обратной стороне век: бежать! Не останавливаться ни при каких условиях. Обе машины превратились в решето, единственный шанс — укрыться_затеряться где-то в лесной чаще, но даже он истлевал прямо на глазах, с каждым мгновением лишая надежды. Крики на поле, кажется, затихают, или просто больше не могут дотянуться своими костлявыми липкими пальцами до вашего слуха, вот, впереди высокая трава, возможно, дальше ещё поля, вы проезжали большие кукурузные посевы, но яркая алая вспышка затопляет всё вокруг. И Бонни вся превращается в боль, с головой погружаясь в насыщенно-красную воду реки. Какой из кругов ада теперь распахнул свои гостеприимные объятья? А где-то вдалеке раскаты грома сотрясают небеса.
***
Слипшиеся веки поддаются не сразу, голова гудит, а в грудине ощущение парящей пустоты — будто чёрная дыра поселилась где-то между желудком и лёгкими, в комнате полумрак, только тонкая полоска света пробивается через задёрнутые засаленные шторы. Бонни пытается пошевелиться, пытается подняться, но тут же голову пронзает болью, а рука начинает неприятно зудеть — из вены на сгибе локтя торчит иголка, закреплённая обычным белым пластырем. Где она находилась — понять не удавалось, так что лёгкие уколы паники начали волнами расходиться по обессиленному телу, но она точно слышала что-то... Гром или это был взрыв? Глаза удаётся всё-таки открыть и даже сфокусировать взгляд на каком-то шевелении в противоположном углу комнаты... Клайд? Клайд! Хотелось подскочить и броситься к нему в ту же минуту, но не было сил даже поднять руку, только в совершенно бессмысленном жесте провести ногтями по одеялу, сжимая ладонь, пока сердце отчаянно задёргалось в рёбрах, от каждого удара, кажется, сотрясая весь мир вокруг.

Клайд?

+3

4

Как много близких вы потеряли? Дай боже, если вам хватит для подсчёта пальцев одной руки, а если вы уж совсем счастливчик, то они вам и вовсе не понадобятся. Клайд являлся как раз одним из тех счастливчиков, которые за всю свою жизнь если кого и похоронили, то лишь прабабушек и прадедушек. Он сталкивался со смертью не раз. Видел множество трупов, уже и самому приходилось убивать, да что там, даже сам находился на волосок от смерти, но Барроу никогда не переживал потерю близкого человека. Люди приходили и уходили, разбивали сердца и разрывали душу на тысячи осколков, но ещё ни разу никто при этом не умирал. Знаете, если человек ушёл - это больно, но не сломаться до конца тебе помогает та призрачная надежда [даже если вы сами отказываетесь её признавать], что всё ещё может измениться. Не сейчас, не через год, может и не через пять лет, но человек жив и шанс есть. Спустя года вы можете повстречаться где-нибудь на заправке или в торговом центре и уже не будет той жгучей ненависти и обиды, что были при расставании. Вы можете мило поболтать, обменяться контактами и может даже встретиться потом и начать снова не плохо общаться. Не те же самые отношения, но вам же было когда-то просто приятно болтать или молчать с этим человеком? Сейчас новая жизнь, новые отношения, но всё равно приятно встречаться хотя бы раз в год за чашкой чая и вспоминать прошлое. Да чёрт возьми, приятно даже просто получить эту дурацкую открытку на Рождество в которой будут сухие стихи и маленькая подпись. Ну и что? Тебе же большего и не нужно, главное, что о тебе помнят. Только вот когда человек умер ты лишаешься шанса даже на эти неловкие разговоры на парковке, пока складываешь свои покупки в машину. Ты не можешь ничего исправить и даже просто посмотреть на него, если не считать старые выцветшие фото в гараже твоей матери. Часть жизни, кусочек твоей души просто уходит. Его затягивает в ту чёрную дыру из которой ещё никто и никогда не мог выбраться, оставляя за собой пустое место, которое не заполниться никогда и ничем. Более яркие эмоции, чувства, отношения, они могут попытаться заполонить собой всё частички души, но всё равно в итоге останется та маленькая пустая полочка в сердце, которая уже вся в пыли и паутине, на которую никто ничего не смог больше поставить.
И вы представляете, что ощущал сейчас Клайд Барроу, который никогда в жизни не хоронил даже своих знакомых, а сейчас расхаживает по комнате оставив умирающего брата и его жену где-то далеко от сюда, а его возлюбленная лежит на кровати не имея сил даже самостоятельно поесть? Страх, отчаянье, тоска, уныние, скорбь и жуткий гнев. Гнев на этот мир, гнев на этих людей, что всадили пулю в голову его брата и гнев на самого себя. Жуткая ненависть к самому себе первый раз настолько захватила мужчину. Ведь это он виноват. Он всё это начал, он втянул всех в эти чёртовы "приключения" и именно он ответственен за то, что не достаточно хорошо следил за безопасностью его дорогой новоиспечённой семьи.

Оперевшись предплечьем на косяк окна, зажав рукой шторки так, что после точно останутся помятые линии сгиба, Клай лежал головой на своей руке и смотрел на горизонт, вид на который беспрепятственно открывался из окна. С момента, как он очнулся утром прошло уже пара часов. Завтрак, что принёс Мосс или его отец, так и стоял на прикроватной тумбочке и запах его уже не так сильно разносился по всей комнате, концентрация которого по началу заставляла в животе всё скручиваться от нового рвотного порыва, который Барроу сумел сдержать в себе. Время в комнате текло странным образом. Оно то замирало, заставляя секундные стрелки двигаться медленнее, чем движутся литосферные плиты у нас под ногами, то летело с такой скоростью, что сам Флэш бы позавидовал. С первого этажа, а вернее больше через открытое окно, что было практически над самым крыльцом, доносились звуки радио. Старые спокойные песни иногда очень помогали в это агонии. Помогали хоть ненадолго впасть в то состояние, когда ты уже ни о чём не думаешь, а просто сидишь в своём кресле с закрытыми глазами и наслаждаешься [если в данной ситуации уместно это слово] тем, что хоть ненадолго ты ни чувствуешь ничего. По вечерам радио либо становилось громче, либо кто-то внизу брал гитару и начинал сам играть и тихо напевать слова какой-то давно забытой песни и в пору было бы спуститься и пропустить стаканчик, усевшись на соседний шезлонг, наблюдая, как в баке горит очередной мусор, собранный за день по территории фермы, но нельзя. И "нельзя" не по тому, что Клайду кто-то запрещал, а по тому, что он не хотел пропустить и мгновения, пока девушка находилась в таком состоянии. Он не уберёг её тогда, не может ничем помочь сейчас, но хотя бы оставаться всегда рядом, что бы ей не было страшно или одинокого при временных пробуждениях он точно мог. Теперь то он не совершит больше таких поступков, из-за которых она может ещё больше пострадать [вдруг девушке стало бы хуже, а никого рядом нет?].

— Клайд? - Послышался слабый голос из-за спины, который в раз развернул мужчину к кровати.

пару недель спустя
Пнув мяч в произвольные ворота, на лице Клайда появилась та улыбка, которую он не показывал уже очень долгое время. Вытерев со лба пот и, одновременно с тем, прикрыв рукой глаза от палящего солнца, Барроу развернулся к дому. На крылечке, в тени, медленно покачиваясь на мягких качелях-диване, отдыхала Бонни, которая, по убеждению Клая внимательно следила за его игрой с Моссом. Победно подняв кулак и улыбнувшись шире, мужчина легко пробежался до крыльца.
- Тебе точно не слишком жарко? И не холодно? Уверена? Ты только начала идти на поправку. - Не взирая на то, что девушка была завёрнута в не в один и не в два тёплых пледа, а на улице было не так уж и холодно, беспокоился Клайд. За последнее время, с того момента, как одним утром Паркер позвала его, наконец очнувшись не на пять минут, Барроу возвращался к привычной жизни. Днём. Он начал есть, когда ела Бон, он выходил из комнаты и боже_неужели начал вновь принимать душ. Чаще всего он всё равно сидел в комнате девушки, а по ночам поддавался на уговоры и засыпал рядом, но теперь не было того ходячего зомби, который то и дело, что сидел и пялился в стену. Мужчина старался помогать старику Мосса по дому и ферме, в благодарность за то, что тот их принял и добровольно выхаживает больную, хотя мог давно заявить на непрошеных гостей [что, всё же, не мешало быть на чеку, ведь эти ели слышные колокольчики так и не замолкли в голове Чемпиона]. Клай готовил Паркер исключительно сам, следуя её предпочтениям, желаниям и возможностям. Выносил её на улицу, что бы та дышала свежим воздухом. Старался вести более правильный образ жизни, но вечерами всё равно прилегал к бутылке и иногда, ночью, обнимая Бонни со всей осторожностью и нежностью, на которую был способен, проливал пару слёз. Знала об этом девушка или нет, не знал даже сам Барроу, но свято надеялся на то, что нет ибо проявление таких чувств перед другими для него было бы полным крахом. Конечно, все мы люди, да и он в стельку пьян, но показать слабость своей женщине, которой сейчас как никогда нужно было крепкое плечо...
- Знаешь... Может это был знак, что нам пора прекращать? - В момент помрачнев, мужчина уселся на соседнее кресло и взял, с разделявшего мужчину и девушку, стола, флягу, что оставил тут ещё с прошлого вечера К.У. Всё же, как бы он не старался, а мысли никак не хотели возвращаться в прежнее русло неунывающего бандита. Переведя пустой взглдят с половиц на девушку, Барроу ухмыльнулся. - Может мне стоит уже присмотреть нам какой-нибудь домик в тихом городке? - Голос был тихий, спокойный, задумчивый. Он знал, что урагану по имени Бонни Паркер долго не усидеть в скучном городишке. Что ей нужно больше, ей нужен весь мир, но Клайд сейчас слишком боялся даже думать о чём-то более рисковом, чем минивен, галстук и школьные завтраки.

+2


Вы здесь » Crossover: the place beyond the pines » Здесь и сейчас » [15.01.16] мы просто бежим


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC